Алексей Кузнецов: в патрульно-постовую службу московской милиции «проникали» малосимпатичные и безответственные люди

Фрагмент программы «Аспекты мнений»

Верховный суд Башкирии 20 декабря рассмотрит апелляционные жалобы на решение Ленинского райсуда Уфы, который обязал Министерство финансов России выплатить 86-летнему Фатхулле Исхакову 31,6 млн рублей в качестве компенсации морального вреда за незаконное уголовное преследование, сообщает «КоммерсантЪ-Уфа». Издание напоминает, что Фатхулла Исхаков просил взыскать 450 млн рублей, но суд в сентябре удовлетворил иск частично. Не согласившись с этим решением, истец подал жалобу, обжаловать решение решило также федеральное казначейство. Исхакова, отсидевшего 13 лет в колонии строгого режима по обвинению в покушении на убийство трех человек, оправдали в мае в Верховном суде России. «На протяжении всего следствия я подвергался насилию и унижениям со стороны сотрудников милиции и прокуратуры, меня били и морили голодом, заставляя признаться в преступлении, которого я не совершал»,— указывалось в исковом заявлении Фатхуллы Исхакова к минфину РФ.

Историк, ведущий канала «Живой гвоздь» Алексей Кузнецов заметил, что в бытность работы в советской милиции в Москве он кое-что слышал о фабрикации уголовных дел.

— Я работал на самом низовом уровне, был стажёром участкового. Отделение милиции уголовными делами практически не занималось. Если занималось, то это был уровень мелких краж и нетяжёлого бытового насилия. Самое тяжелое было 206.2 «Злостное хулиганство». Поэтому, что у нас фабриковать дела? Разгрести бы несфабрикованное. Весь ежедневный поток того, что гнала лента телетайпа: подрались, напились. закурили неосторожно. Вот наш уровень был. Я лично с таким не сталкивался. А, разумеется, когда в эпоху гласности начали всплывать разные материалы, выяснилось, что и вещдоки подбрасывали, и давили на экспертов, чтобы меняли выводы. Есть несколько широко известных случаев, некоторые даже экранизированы. Например, в ходе знаменитой операции «Лесополоса» — дело Чикатило, эпизод, получивший потом неофициальное название «Дело дураков», когда из группы молодых людей, имевших различные диагнозы по умственной отсталости «слепили» «банду маньяков». Счастливое стечение обстоятельств привело к тому, что от них были вынуждены отстать, и для них это не закончилось трагически.

Впрочем, от действий недобросовестных милиционеров страдали не только на гражданке. В перестройку стало известно об убийстве офицера КГБ сотрудниками патрульно-постовой службы милиции Москвы.

— Убийство на станции метро «Ждановская». Середина 80-х. Но в убийстве майора, сотрудника секретариата КГБ, фабрикации не было. Там действительно была банда милиционеров. Скажем так, в патрульно-постовую службу московской милиции «проникали» малосимпатичные и безответственные люди, которые свою форму и власть использовали для различных вещей, вплоть до уголовных. Вот случай на «Ждановской» из этого ряда. Рядовой состав Москва, в основном, набирала по лимиту из ребят, отслуживших в армии, как мой старший участковый, ныне покойный Александр Бочков, был родом откуда-то из Хопра. Некоторые из них вырастали до больших чинов. Остальные кормились на «мешочниках», бабушках, торговавших петрушкой.    

#алексейкузнецов

Публикация содержит субъективное мнение и оценки спикера. Редакция их достоверность не гарантирует